Библиотека Александра Белоусенко

На главную

 
Книжная полка
Русская проза
Зарубежная проза
ГУЛаг и диссиденты
КГБ
Публицистика
Серебряный век
Воспоминания
Биографии и ЖЗЛ
История
Литературоведение
Люди искусства
Поэзия
Сатира и юмор
Драматургия
Подарочные издания
Для детей
XIX век
Журнал "Время и мы"
 
Архив
 
О нас
 
Обратная связь:
belousenko@yahoo.com
 

Библиотека Im-Werden (Мюнхен)

Олег Греченевский. Публицистика

Отдав искусству жизнь без сдачи... Сайт о Корнее и Лидии Чуковских

Библиотека CEPAHH


 

Олег ЗАЙОНЧКОВСКИЙ
(род. 1959)

  "Певец городков и микрорайонов", прозаик-бытописатель, финалист "Русского Букера", потомок польских шляхтичей Олег Зайончковский начал писать довольно поздно и лишь оттого, что любимая "половинка" Наташа заявила: "Я больше не хочу быть женою слесаря!". Впрочем, даже под давлением не каждый слесарь и не каждый дворянин может стать писателем, а вот Зайончковский — смог.
  Возможно, этому помогла страстная, с детства, любовь к литературе, чтению. Она, в свою очередь, развилась из-за катастрофического одиночества будущего писателя. Олег Зайончковский родился в Куйбышеве (ныне Самара) в 1959 году, но семья часто переезжала: в Волгоград, на Урал, в Подмосковье. Зайончковский смеётся, что адаптация его, мальчишки, на новом месте всегда проходила по такому сценарию: вышел во двор, попробовал влиться в компанию, получил леща и вновь спрятался дома, сбежав в мир книг и выдуманных друзей. Обособленности способствовала и болезненность ребёнка. С младенчества страдая от хронической пневмонии, к подростковому возрасту Олег Зайончковский мог "похвастаться" неоднократными госпитализациями, 40 обострениями и двумя клиническими смертями.
  Такой опыт, казалось бы, сформирует личность мрачную, меланхолика и мизантропа. Напротив, вышел человек светлый, самодостаточный, погруженный во внутреннюю гармонию. Именно таким Олег Зайончковский показался будущей жене Наташе, когда в 13 лет стал её школьным товарищем.
  Семья Зайончковских поселилась в подмосковном городке Хотьково. В пику неоднократным переездам в детском возрасте, Олег Викторович крайне неохотно покидал новую малую родину.
  Заводскую карьеру Олег Зайончковский вспоминает с удовольствием. Говорит, что это была пьеса, в которой он прекрасно исполнил свою роль: слесарничал, украшал улыбкой Доску почёта, с удовольствием иногда пьянствовал с коллегами. Позже работал мастером по вызову, чинил электротехнику — пока супруга Наташа не произнесла ту самую фразу: "Не хочу быть женою слесаря!".
  По специальности Наташа филолог, и Олег Зайончковский рассудил, что такой женщине подойдёт муж-писатель. Он достал из гаража старенькую печатную машинку, починил её и приступил к написанию своего первого опуса — романа в новеллах "Сергеев и городок". Когда рукопись была готова, женщина сама отправилась с нею покорять издательства. Сдалось лишь одно — "ОГИ". И не прогадало. "Сергеев и городок" с ходу вышли в финал премии "Букер — Открытая Россия" в 2004 году, а в 2005-м претендовали на звание "Национального бестселлера".
  В прозе Олега Зайончковского звучат интонации русской классической прозы, но не стилизованной, а в её современном варианте. Легко узнаваемые герои, легко узнаваемые переживания — писатель рассказывает о жизни маленьких городков и маленьких людей. В ней событиями являются поход в парк, смена экранной заставки компьютера или внезапное похолодание. Но это та растительная жизнь, благодаря которой поколения всё еще сменяют друг друга, а человечество выживает вопреки любым историческим коллизиям.
  (Из проекта "Libs.ru")


    Произведения:

    Роман "Загул" (2011) (pdf 5,8 mb) – OCR: А. Белоусенко – октябрь 2020

      Олег Зайончковский – автор романов «Сергеев и городок» (шорт-лист премий «Русский Букер» и «Национальный бестселлер»), «Петрович», «Счастье возможно» (шорт-лист премий «Русский Букер» и «Большая книга»). Персонажи Зайончковского – простаки и плуты одновременно – вызывают неизменную симпатию и у читателей, и у критиков.
      Герой романа – Нефёдов, отменный муж и семьянин, поссорившись с женой, уходит из дома, то есть в загул. Не вполне трезвый, выбитый из привычной колеи, он против собственной воли становится главным действующим лицом необыкновенных и опасных приключений, связанных с пропавшей рукописью знаменитого русского писателя Почечуева. Нефёдов не только спасает для Отечества культурную ценность, но и сам возвращается в лоно семьи.
      (Аннотация издательства)

    * * *

      «Олег Зайончковский приобщает нас к самой лучшей, самой живой интонации русской классической прозы. И отнюдь не в музейно-стилизационном формате, безо всяких "батенек" и "помилуйте". Мы вроде как сидим на веранде, пьём чай, беседуем и никуда не спешим. При этом не дуем на блюдце с пальцем на отлёте. Просто: достойно пьём чай с приятным собеседником, не как прадеды, а как мы сами. Но и как прадеды.
      (Леонид Костюков)


    Сборник "Петрович" (2012) (pdf 8,6 mb) – OCR: А. Белоусенко – ноябрь 2020

    Содержание:

    ПЕТРОВИЧ. Роман ... 7
    СЕРГЕЕВ И ГОРОДОК. Роман ... 215

      Олега Зайончковского называют последователем русской классической традиции и одновременно одним из самых оригинальных современных русских прозаиков.
      И в романе «Сергеев и городок», и в «Петровиче» герои живут «не так далеко от Москвы», ритм их жизни подчинён природному, совпадает с течением времени, здесь чётче проступает связь поколений. Герой «Петровича» – мальчик, подросток, юноша – окружён любящей семьёй, где его кличут отнюдь недетским именем Петрович. Последовательно переживая каждому известные тревоги: детский сад, драка во дворе, первая рыбалка – Петрович взрослеет и то ли находит свой путь, то ли повторяет кем-то уже пройденный и заранее предопредёленный...
      Роман вошёл в лонг-лист премии «Ясная Поляна» в номинации «Детство. Отрочество. Юность».
      (Аннотация издательства)

    * * *

      "То взвывая, то сбрасывая обороты, нарезая фарами морозную мглу, КУНГ армейского образца качался и кланялся российским полям. Машина шла курсом на коровники. В холодном коробе кузова, цепляясь руками за что попало, перекатывались, словно два мороженых пельменя, Сергеев с Афанасьевым. К выхлопному чаду, стоявшему в фургоне, стали уже примешиваться запахи силоса и навоза: акробатическое путешествие подходило к концу.
      Наконец, тряхнув пассажиров в последний раз, КУНГ остановился у ворот кормоцеха. «Объект» таинственно и тускло светился изнутри; в атмосферу сквозь прорехи сооружения выбивались на разные стороны нечаянные струйки пара.
      Из кабины машины на грязный снег бодро соскочил Петухов, заводской уполномоченный по сельскому хозяйству. Он с усилием открыл замерзшую дверь фургона и поманил на улицу своих пленников:
      — Давай, вылазь... Околели, небось? Сейчас согреетесь...
      Он ввёл их под сумрачные своды и, став на краю огромной чёрной лужи, мерцавшей посреди цеха, принялся выкликать какого-то Лёшу.
      — Сейчас выйдет, — пообещал Петухов своим спутникам. И точно: вонючий туман, заполнявший помещение, сгустился, и на противоположный берег лужи ступил мужчина в кирзовых сапогах и ватнике. Это был начальник кормоцеха Алексей Иванович. Петухов громко доложил ему о прибытии пополнения и подтолкнул новобранцев к водяному урезу. Лёша ничего не ответил. Он выслушал уполномоченного, стоя на своем берегу неестественно прямо, и вдруг, будто памятник, низвергнутый с пьедестала, плашмя рухнул в чёрную жижу. Густая волна пересекла цех и плеснула гнилью Сергееву на ботинки.
      — Ух ты... — Петухов едва успел отскочить.
      Секунду он изучающе глядел на плавающего начальника и продолжил, обращаясь к своим протеже:
      — В общем, сами тут разбирайтесь, мне ещё на ферму надо... Лёша вам объяснит, как и что, — он кивнул в сторону лужи".
      (Фрагмент из главы "Облом" ("Сергеев и городок"))


    Повесть "Люда" (2005) (html 442 kb, doc-zip 75 kb) (копия из "Журнального зала", "Октябрь" №1, 2005) – декабрь 2018

      "“Жаба” не соврала. У заводской проходной действительно стоит зеленый "уазик" с синей полосой. Два милицейских сержанта, открыв дверцы, покуривают на передних сиденьях.
      – Белова?
      – Белова, Белова! – отвечает за Люду Трушин. – Какие вопросы, мужики?
      Так эти “мужики” и раскололись… Физиономии сержантов остаются ментовски-непроницаемы:
      – Там узнаете. – Отброшенная щелчком сигарета летит по дуге. – Поехали.
      Голос “уазику” достался солидный не по чину – почти баритон; однако ведёт он себя шаловливо – едет не быстро, зато старается подпрыгнуть повыше на малейшей дорожной кочке. Над передними сиденьями две головы в фуражках качаются на все стороны. Рация под “торпедо” то и дело разражается истерическими потоками согласных. Трушин придерживает Люду, чтобы не упала, и посматривает в окна: везут-то их, похоже, не в отделение. Наконец Лёша не выдерживает:
      – Эй, командир, хватит темнить! Может, скажете всё-таки, что случилось?
      Правая фуражка оборачивается.
      – Что случилось?.. – Ментовские глазки остро щурятся из-под козырька.
      – Да, что случилось?
      – Убийство, гражданин, – вот что случилось."
      (Фрагмент)


    Повесть "Прогулки в парке" (2005) (html 680 kb, doc-zip 125 kb) (копия из "Журнального зала", "Октябрь" №10, 2005) – сентябрь 2019

      "Мой короткошерстный стремительный товарищ, сделавшийся от росы глянцевитым, как дельфин, выныривает то в одном месте пустыря, то в другом. Трепеща боками, он замирает на мгновение и даже схлопывает пасть, пока его чудо-нос ловит какие-то ветерки, не слышимые ни для кого другого. Внезапно он бросается в сторону и принимается неистово копать. Земляные комья летят из-под Карла на метры вокруг; он нетерпеливо выхватывает зубами куски дерна и фыркает громко, как лошадь… Увы: от мыши – или кто это прятался в почве – ему достается только исчезающий запах. По уши грязный, дымясь паром, Карл, словно обескураженный маршал, подбегает ко мне, чтобы доложить о своей неудаче. Однако все эти скачки и бурные Карловы усилия оказываются не совсем безрезультатны: вследствие их его организм приходит в готовность избавиться от некоторого лишнего вещества, накопившегося в кишечнике за последние полсуток. Этот акт, собственно, и должен стать кульминацией нашей утренней прогулки. Совершается он традиционно на самой высокой кочке пустыря. Вот уже Карл взобрался на свой излюбленный курганчик; вот завертелся, поджимая обрубок хвоста; вот замер, устремив в пространство отсутствующий взгляд; еще немного… и мы оба празднуем победу. Я считаю, что мы шли на пустырь как раз за этим делом, а вовсе не поохотиться, как думает Карл. Вообще не он, а именно я являюсь стратегом наших прогулок; поэтому я встаю с несуществующего барабана, топчу ботинком реальный окурок и свищу войскам отбой. Карл подходит понуро-покорно и сам сует голову в зубастую петлю парфорса. Всё. Мы возвращаемся домой, а на пустыре вновь воцаряется неизбывно зевающий холодильник".
      (Фрагмент)

    Страничка создана 20 декабря 2018.
    Последнее обновление 9 ноября 2020.

Дизайн и разработка © Титиевский Виталий, 2005-2020.
MSIECP 800x600, 1024x768